Рекламный баннер 990x90px header-top
Рекламный баннер 990x90px header-bottom
У тебя телефонов моих номера…
У тебя телефонов моих номера…
Долго не могла заставить себя написать эти строки – прощания, восхищения, раздумий.Казалось, может, все же это, как сейчас говорят, фейк, может, это шутка. Но нет. Не шутка, не розыгрыш.
Сегодня все свершилось. 30 апреля последний день в театре отработала Раида Стрункина, завлит, журналист, хороший человек, связующая ниточка между загадочным и не всегда понятным миром театра и нами, зрителями, не всегда понимающими, что же там происходит. Кто сейчас посоветует: «Это твой спектакль, а на этот можешь не ходить», кто пришлет в редакцию обстоятельный рассказ о актере или интересном событии, кто одобрит мою задумку по театру?
Нет, конечно, театр не умрет, он будет жить, творить, мы будем ходить на новые спектакли, тем более, что сегодня в театр пришел Мой режиссер, совпадающий с моими представлениями о том, что нужно ставить на серовской сцене. Но все равно, это будет болезненный процесс – привыкать жить в театральном мире без человека, который 30 лет жил театром, любил его, понимал, направлял.
А какой подарок сделала Раида мне и всем тем, кто пришел на ею же введенную форму общения с самыми преданными зрителями. «Все свои» - это так точно и по сути и по форме. На этот раз в Елизаветинском зале были действительно все свои, знакомые по театру и вне его. Тем более, что тема 21-го «всесвойского» обсуждения стал Осип Мандельштам, удивительно трагичная и загадочная фигура, поэт, не до конца понятый своим поколением и уже начинающий забываться новыми, нынешними.
Мини-спектакль, который срежиссировал Ренат Ходжаев, представили Александра Незлученко, Катя Родина, Ренат Ходжаев, Эдуард Валиуллин, Елена Федорова – пронзительный и очень личный.
После него долго думала: что заставляет этих поэтов идти наперекор всему? Ведь как не мог не знать мой любимый Михаил Лермонтов, чем отзовутся для него стихи «На смерть поэта». Со школьной скамьи помню строки: «Есть грозный суд: он ждет;/ Он не доступен звону злата,
И мысли и дела он знает наперед./Тогда напрасно вы прибегнете к злословью:/ Оно вам не поможет вновь,/ И вы не смоете всей вашей черной кровью/Поэта праведную кровь!». Поплатился Лермонтов в итоге своей же кровью, отправили его на Кавказ в ссылку, там же и убили в дуэли.
Чем не повторение его судьбы – судьба Мандельштама, написавшего обвинительное стихотворение про того, чье имя в 1933 году было чуть ли не священным. «Мы живем, под собою не чуя страны,/ Наши речи за десять шагов не слышны,/А где хватит на полразговорца,/Там припомнят кремлёвского горца».
И тоже – ссылка, смерть от тифа в пересыльном лагере в окрестностях Владивостока.
Выбрав такую тему для прощального разговора со своим друзьями, Раида сделала нам всем большой подарок. Но ведь у того же Мандельштама есть стихи, которые в немного переделанном виде поет Алла Пугачева «Я вернулся в свой город, знакомый до слез…». Так что, ждем хотя бы иногда тебя, наша Раечка в городе, ведь, как написал Осип Мандельштам, «У тебя телефонов моих номера»…
Тамара Романова
Долго не могла заставить себя написать эти строки – прощания, восхищения, раздумий.Казалось, может, все же это, как сейчас говорят, фейк, может, это шутка. Но нет. Не шутка, не розыгрыш.
Сегодня все свершилось. 30 апреля последний день в театре отработала Раида Стрункина, завлит, журналист, хороший человек, связующая ниточка между загадочным и не всегда понятным миром театра и нами, зрителями, не всегда понимающими, что же там происходит. Кто сейчас посоветует: «Это твой спектакль, а на этот можешь не ходить», кто пришлет в редакцию обстоятельный рассказ о актере или интересном событии, кто одобрит мою задумку по театру?
Нет, конечно, театр не умрет, он будет жить, творить, мы будем ходить на новые спектакли, тем более, что сегодня в театр пришел Мой режиссер, совпадающий с моими представлениями о том, что нужно ставить на серовской сцене. Но все равно, это будет болезненный процесс – привыкать жить в театральном мире без человека, который 30 лет жил театром, любил его, понимал, направлял.
А какой подарок сделала Раида мне и всем тем, кто пришел на ею же введенную форму общения с самыми преданными зрителями. «Все свои» - это так точно и по сути и по форме. На этот раз в Елизаветинском зале были действительно все свои, знакомые по театру и вне его. Тем более, что тема 21-го «всесвойского» обсуждения стал Осип Мандельштам, удивительно трагичная и загадочная фигура, поэт, не до конца понятый своим поколением и уже начинающий забываться новыми, нынешними.
Мини-спектакль, который срежиссировал Ренат Ходжаев, представили Александра Незлученко, Катя Родина, Ренат Ходжаев, Эдуард Валиуллин, Елена Федорова – пронзительный и очень личный.
После него долго думала: что заставляет этих поэтов идти наперекор всему? Ведь как не мог не знать мой любимый Михаил Лермонтов, чем отзовутся для него стихи «На смерть поэта». Со школьной скамьи помню строки: «Есть грозный суд: он ждет;/ Он не доступен звону злата,
И мысли и дела он знает наперед./Тогда напрасно вы прибегнете к злословью:/ Оно вам не поможет вновь,/ И вы не смоете всей вашей черной кровью/Поэта праведную кровь!». Поплатился Лермонтов в итоге своей же кровью, отправили его на Кавказ в ссылку, там же и убили в дуэли.
Чем не повторение его судьбы – судьба Мандельштама, написавшего обвинительное стихотворение про того, чье имя в 1933 году было чуть ли не священным. «Мы живем, под собою не чуя страны,/ Наши речи за десять шагов не слышны,/А где хватит на полразговорца,/Там припомнят кремлёвского горца».
И тоже – ссылка, смерть от тифа в пересыльном лагере в окрестностях Владивостока.
Выбрав такую тему для прощального разговора со своим друзьями, Раида сделала нам всем большой подарок. Но ведь у того же Мандельштама есть стихи, которые в немного переделанном виде поет Алла Пугачева «Я вернулся в свой город, знакомый до слез…». Так что, ждем хотя бы иногда тебя, наша Раечка в городе, ведь, как написал Осип Мандельштам, «У тебя телефонов моих номера»…
Тамара Романова
06:23 01.05.2021 16+
Выбор редакции